Изнанка мести (СИ) - Страница 89


К оглавлению

89

Ольга отвела взор, снова пригорюнившись.

— Ты бы хотела, чтобы на тебе женились ради ребенка? — спросила она.

У Вики, как по мановению волшебной палочки, перед глазами возник бывший муж. Она хотела бы, чтоб он женился на ней ради их ребенка. Да, она хотела, чтобы он сделал ей ребенка, хотела быть симпатичной ему хотя бы в десять раз меньше, чем Ольга Андрею. Хотела даже быть просто для него никем, чтобы попытаться понравится. А не вызывать выражение гадливости на лице.

Она покачала головой. Оля промямлила:

— И я не хочу, но видимо другого выхода нет. Хотя я не уверена, что он жениться на мне.

— Почему?

Ольга скривила губы:

— Очень уж резко я его послала последний раз.

Вика нагнулась к ней.

— Что бы ты не сделала, он этого заслуживал! Гад! Ничего с ним не будет! Что ты сказала?

— Что у меня другой есть, и еще всякие мерзости. Как я могла быть такой непредусмотрительной?

Они снова рассмеялись. Оля достала телефон.

— Что, прямо сейчас позвонишь? — изумилась Вика.

— Да, — Оля поднесла телефон к уху и стала ждать звонка. У Вики глаза на лоб полезли.

— По телефону скажешь? — зашипела она.

— Нет, ты что! — вытаращила Оля глаза, — хочу посмотреть на его реакцию. Алло! — На лице её был написан испуг и заискивание, пока она договаривалась с Андреем о встрече.

Они весь вечер обсуждали беременность и связанные с ней сложности. Ольга была сама не своя. Вика старалась поддержать её. Материнство — это то, о чем Вика мечтала с детства. Ну, если не с детства, то с тех пор, как умерли родители. Ребенок — это часть тебя, часть, которая будет любить тебя беззаветно, принимать без оговорок, всегда будет рядом с тобой. Беленькие носочки, кружевные чепчики, маленькие юбочки! Бесконечное счастье. Если б не отцовство Зуева, она бы искренне радовалась за подругу, так же как и в первый раз. С другой стороны, если быть до конца честной, Андрей для Ольги был лучшим вариантом, чем Денис. Если б он только не был связан с Ярославом! Почему всё так смешалось?

Она опасалась, что Зуев Ольгу просто отошьет! Заявит, что не имеет отношения к ребенку. Что тогда? Аборт? На какие шиши? Разговор с родителями? Вика перебирала и перебирала, но никак не могла найти приемлемый выход. Вдруг он специально волочился за Ольгой, потому что Ярослав ему так велел?

О том же она думала, возвращаясь домой. Они распрощались с Ольгой в одиннадцатом часу: та вышла к Андрею, а она спустилась в метро. Доехала до Выхино, пересела. Что делать? Как Ольге помочь? Как она будет учиться, что будет делать, если Андрей отвернется от неё?

Как такая предусмотрительная Ольга не предохранялась? Да и Андрей? Где его голова была? Как это могло получиться, что Ольга поехала к нему домой с мыслью переночевать? Как можно было оказаться в одной постели? Им ведь не по пятнадцать!

Хотя, что она спрашивала? Она сама не воспользовалась презервативом. Она спала с тем мужчиной, с которым должна была бы спать в последнюю очередь. Она даже не должна была пускать его в дом. И…

Они не пользовались презервативом!

Кровь отхлынула от лица Вики.

Оледенев, на несколько минут она впала в полную прострацию.

О, ужас! Когда у нее были месячные!? Мрак затуманил сознание, и хаос затрепыхался в висках. Вика почувствовала смятение, почти панический страх. Что было силы, она вцепилась в сумку, не ощущая обескровленных рук. Господи, она даже не могла вспомнить, когда у нее были месячные. По утрам она не съедала ни кусочка, хотя всегда обожала завтраки — кофе, круасаны, овсянку. Да нет. Что это она себе в голову взяла? Она ни грамма не пополнела. Даже похудела. С беременными такого не случалось. Месячные у неё были. Пусть давно, но были. Когда же? Один раз она уже подумала, что беременна. Второй раз — это выглядело бы глупо. У неё вообще месячные стали нерегулярными. Из-за веса. Стресса. Так ведь доктор сказала? При таком цикле и залететь, наверняка, нереально. Сердце гулко билось, и на лбу выступила испарина. Вика вытерла пот. Да что это с ней? Она не потела уже месяцев шесть! Она стала слишком впечатлительной.

Конечно, она хотела бы стать матерью. Не сейчас. Когда сама еле на плаву держалась. Когда ей нечего было дать ребенку. Не сейчас, когда земля норовила ускользнуть из-под ног каждую секунду. Не сейчас.

Вика посмотрела на руки и выпустила сумку. Пальцы дрожали, а вены надулись и проступали синими ручьями под кожей. Малюсенький шрам на мизинце, полученный еще в детском саду, матово белел на фаланге. Вика погладила его ногтем, а потом потерла подушечки пальцев.

В самом деле, что на неё нашло? Она немного успокоилась. Мыслимое ли дело надумывать себе беременность? Хотя, что там? Это уже вошло у неё в привычку! Слишком близко к сердцу приняла Ольгины новости — самой захотелось. Вика сильнее потерла пальцы, налаживая кровообращение. Да уж, во время смуты и лихолетья самое время рожать. Когда же были месячные? Почему она раньше не подумала? Совсем перестала за собой следить. Вика сосредоточилась, выискивая в памяти события начала года. Мозг кромсал дни, недели и месяцы, сваливая всё в одну кучу. Наконец она вспомнила.

Они были в декабре! В начале декабря. Нет! На день рождения. Точно, двадцать четвертого! Может, она просто забыла, когда они были после нового года? Та связь с Ярославом случилась тридцатого. В день корпоратива. Январь, февраль, март — два с половиной месяца.

Одернула себя, когда рука потянулась лечь на живот. Парализованная страхом, она смотрела и смотрела сквозь забрызганное двойное стекло. Всю обратную дорогу, трясясь в поезде, выскочив на платформу, топая по мрачному поселку, Вика искала доводы в пользу того, что она не беременна. Она похудела. Живота никакого и в помине не было: он оставался плоским, как в детстве. Ведь он должен уже появиться в два с половиной месяца? Её не тошнило, в обморок тоже не падала. Даже голова не кружилась. Что там еще бывало? Что-то с грудью. И здесь все было в порядке: всё оставалось по-прежнему. Она приводила и приводила себе тысячи доводов, вспоминала несуразные примеры. Она не могла быть в положении! Но где-то внутри, там, где давно вместо сердца застыл ледяной камень, Вика понимала: все аргументы разбивались об ужас реальности: она носила ребенка Ярослава Выгорского.

89